3cf77a74     

Грин Александр - Личный Прием



prose_classic Александр Степанович Грин Личный прием 1926 ru ru Roland ronaton@gmail.com FB Tools 2005-10-30 57D0B16C-762B-4DBD-B61E-29BA3A02CCDD 1.0 Александр Степанович Грин
Личный прием
I
Старик умирал. Он был почти слеп; к своему положению он относился с несколько смешной гордостью человека, долго и досыта дышавшего жарким огнем жизни. Поэтому Маурей уважал его.
Дом, где они жили, стоял на границе двух пустынь — степи и леса. До ближайшего поселения вниз по реке было два дня пути. В этом поселении находился второй, еще более важный, чем свой — для Маурея, — дом с белыми занавесками.

Там жила особа в заплатанных платьях, но, по мнению Маурея, достойная носить костюм из звездных лучей, — Катерина Логар.
Маурей кормился ружьем. Но этого было недостаточно, чтобы с рук его невесты сошли грубые, болезненные трещины и чтобы напряженное, заботливое выражение ее глаз стало спокойным. Поэтому он сделал вдвое больше ловушек для куниц и бобров, чем в прошлом году.

Шкуры, добытые им, висели в кладовой, устроенной на высоком дереве. Месяц назад неизвестный вор, проходя этими местами в отсутствие Маурея, залез на дерево, взял шкуры и исчез, а Маурей после того просидел целый день, опустив в руки лицо.
Кто был старик, умиравший в его хижине, — охотник не знал. Его свезли на берег плотовщики; он выпросился плыть с ними, но заболел по дороге, введя тем веселых парней в мрачное настроение. Рассудив, что дела старика все равно плохи, они попросили его сесть в лодку и дождаться смерти на твердой земле.
— Я плыл в Аламбо, к родственникам, — сказал он Маурею утром, — у всякого человека должны быть родственники. Кое-кого я надеялся разыскать там.
Вечером он сказал:
— Подойдите и слушайте.
Маурей набил две трубки, но умирающий отказался курить.
— Сегодня я стану неподвижен, — продолжал старик, — не огорчайтесь этим, так как в свое время вы тоже станете неподвижным. Вы давали мне пить и есть в тяжелую для себя минуту. Я хочу вас поблагодарить.
— Напрасно, — возразил Маурей.
— Исполнение последней воли обязательно, поэтому спорить вам не приходится. В Аламбо живет известный миллионер Гордон.
— Я слышал о нем.
— Да. Когда он был беден, я дал ему взаймы, без векселя, тысячу золотых.
— Это хорошо.
— Затем он разбогател.
— На ваши деньги?
— Конечно. Это плут и делец. Затем я стал беден.
— Это плохо, — сказал Маурей.
— Пожалуй, — согласился старик. — И я потребовал вернуть мне деньги. С того дня, как я потребовал их, до сего дня прошло десять лет. Он не дал мне ни копейки.
— Почему?
— Этого я тоже не понимаю. Это какой-то психологический заскок, свойственный богатым, даже очень богатым.
— Что же теперь делать?
Старик вытащил карандаш, клочок бумаги и написал: «Тысячу золотых, взятых тобою, Гордон, когда тебе нечего было есть, отдай Маурею. Когда-то „твой“ Робертсон».
— Вот, получите, — сказал он, — деньги ваши. Он должен отдать.
— Но у вас, вероятно, есть наследники? — спросил Маурей.
— О нет! — Старик сделал попытку рассмеяться. — Нет, никого нет.
Маурей протестовал. Старик стоял на своем. Согласие было обеспечено сущностью положения.
— Хорошо, — сказал, наконец, охотник. — Что же передать еще Гордону?
— Что он подлец, — сказал умирающий, поворачиваясь к стене лицом; он заснул и более не просыпался.
II
Утром Маурей опустил его в землю, прикрыл могилу травой и, посидев несколько минут с клочком бумаги в руках, нашел, что ради Катарины Логар стоит проехать в Аламбо. Так как дело не расходилось у него с мыслью, он, взяв в мешок все ц



Назад